Главная Новости Андрей Литвинов: “Ветеран – очень удачное слово, очень ёмкое, которое вмещает всё лучшее, что может быть в человеке”

Андрей Литвинов: “Ветеран – очень удачное слово, очень ёмкое, которое вмещает всё лучшее, что может быть в человеке”

0
0
19

Шеф-редактор “Ветеранских вестей”, ветеран военной службы, офицер запаса Дальней авиации Юрий Залога пообщался с пилотом А-320, опытным командиром воздушного судна, лётчиком 1 класса, отличником “Аэрофлота” Андреем Литвиновым. Нашим гражданам он стал известен после того, когда в 2011 году отказался задерживать вылет самолёта из Иркутска ради опаздывающего на рейс губернатора. Его честную и принципиальную позицию тогда поддержали многие, в том числе и наши ветераны.

Диалог получился интересным – об авиации, работе, памяти и… ветеранской работе. Печатаем его без купюр.

– Андрей Александрович, как Вы пришли в авиацию? Как понимаем, этот выбор не был случайным?

– Всё приходят своим путём. У меня он получился таким: моя бабушка жила в общем дворе, где жили несколько семей. Я очень любил к ней приезжать, играть с другими детьми. Мы дружили, бегали целыми днями во дворе. И там же, во дворе, жил командир самолёта Як-40. Высокий, стройный, симпатичный мужчина, на которого все заглядывались, когда он шёл на работу, с работы, через весь двор, в своей красивой форме, с портфелем. Но, дело было даже не столько в форме. У него была – мастерская!

Никогда больше ничего подобного я не встречал в своей жизни! Дело в том, что он делал модели самолётов – настоящие произведения искусства. Это были копии моделей самолётов, вертолётов! Такая красота! Он сам подбирал краски, делал работы с ноля по своим же чертежам. И вот попасть к нему в мастерскую было практически невозможно. Дело в том, что все модели были выполнены очень тщательно, были хрупкими. Модели стояли по всем полкам. Это был настоящий музей. Это было настолько интересно! И он нам, детям разрешал иногда туда зайти, посмотреть и выйти.

И, вот, однажды, мы с моим другом бегали, носились по двору и вдруг видим –  он выходит из своей мастерской, смотрит на нас и говорит: “Андрей, хватит тут носиться, ну-ка идите сюда, будете мне помогать”. Я сначала не поверил своим ушам и глазам. Когда мы зашли в его мастерскую, мы увидели, что в настольных тисках у него был зажато крыло из алюминия. Он дал мне из множества аккуратно расположенных на стене инструментов напильничек. Я обратил особое внимание на ту чистоту и порядок, которые царили в мастерской этого человека. Я взял этот напильничек и начал обрабатывать закреплённое в тисках крыло. То, что я тогда чувствовал, сложно было описать словами. Мне доверил такой человек обрабатывать крыло, которое потом должно стать частью красивой модели самолёта, и я в этом процессе участвую! Для меня, ребёнка, это было настоящим счастьем!

После этого я уже, конечно, спокойно жить не смог. Я сразу же записался в авиамодельный кружок, который стал добросовестно посещать, делать модели самолётов, участвовать в соревнованиях. Впоследствии  я стал даже кандидатом в мастера спорта по авиамоделизму.

Вот так началась моя эпопея в авиации. В 1982 году я поступил в Высшее лётное авиационное училище гражданской авиации в Актюбинске, и уже тогда понятно было, что ни о чём другом я думать не могу. Плюс ко всему я встретился с моими друзьями, которые на то время были курсантами лётных училищ. Так что, к моменту окончания школы, у меня уже были развеяны все сомнения относительно дальнейшего выбора  профессии.

Итак, с 1982 по 1986 год я проходил обучение в Высшем лётном училище гражданской авиации в городе Актюбинске. Курсантская жизнь – это целый ни с чем не сопоставимый мир, целая жизнь. Особенно на последнем курсе, когда ты уже начинаешь летать по городам, когда, как ребёнок, ты уже начинаешь познавать мир, начинаешь бывать там, где ты никогда не был, встречаться с людьми, которых ты никогда не видел.

– Расскажите, пожалуйста, немного о Вашей работе,  об особой лётной любви к Вашей профессии, о случаях, в которых приходилось принимать сложные решения?

– Что можно рассказать о своей работе. Конечно, раньше она была намного интереснее, чем сейчас, так как, придя в авиацию мы очень много летали по разным местам, в том числе и таким, где ни разу не ступала нога человека. Нас возили к океану, мы были в пальмовых рощах, мы облетели всю Африку. В то время, как говорят, был так называемый “железный занавес”. И люди вообще мало где были и мало что видели.

Так вот мы везде были там в командировках, длительностью по 2-3 недели. Представьте, в то время мы прилетаем на Сейшельские острова или на Мальту, в Тунис, Непал, другие места. И вот когда я прилетал из командировки и говорил, что я неделю находился в Объединённых Арабских Эмиратах, то меня спрашивали: “А где это? Что это за страна такая?” Это было очень и очень интересно и ни с чем несравнимо. Сейчас в этом плане стало несколько иначе, времени на отдых дается меньше. По прилёту сутки на отдых и обратно. То есть бываешь ты везде, летаешь много, а видишь мало.

Конечно, в авиацию все всегда приходят за романтикой. Если ты не романтик, вряд ли тебя потянет в авиацию. Но через какое-то время приходит осознание того, что романтика уходит, а остается тяжёлый труд. Это бессонные ночи, это бесконечные смены часовых поясов, это климатические перепады, влияющие на организм. Ты улетаешь из Москвы, где температура -30, а прилетаешь в другое место, где температура +40. Одним словом, приходится сознательно принимать на себя тот тяжёлый крест, который ты выбрал, и чего-то другого ты для себя уже не мыслишь. Ты уже привык, ты уже понимаешь, что в другом месте ты будешь белой вороной. Одним словом, лётчики, это, конечно романтики, но и трудяги.

Решения за эти годы, конечно, приходилось принимать разные. В следующем году уже будет 40 лет, как я в авиации. В чем хочу Вас уверить, так это в том, что решения приходится принимать в каждом полёте. Простые, более сложные. Тяжёлые решения приходилось принимать в связи с погодными условиями, когда ты крутишься в зоне ожидания из-за метелей, шквалов, гроз.

Приходилось принимать тяжёлые решения в связи с поломками судна, находящегося в воздухе, чтобы максимально безопасно обеспечить безопасность полёта. Принимать сложные решения приходится в связи с нарушения порядка в воздухе пассажирами-дебоширами. Были случаи единичного словесного хулиганства.

Но был и случай, когда один неадекватный, буйный пассажир буквально ломился в кабину пилотов и кричал, что он “бывший представитель спецслужб и что всех взорвёт, если мы не выполним его требований”. Началась драка, самолёт, образно выражаясь “ходил ходуном”, в результате чего пришлось принимать решение об экстренной посадке в ближайшем аэропорту города Праги (а летели мы в Женеву). Нам на сопровождение вылетели два истребителя НАТО в попытке разобраться – самолёт находится под контролем у экипажа или у террориста. К счастью, ещё до посадки пассажиры связали буяна. Нам ещё повезло, что на борту работали два бортпроводника спортивного телосложения. В результате борьбы весь салон самолёта был забрызган кровью. В Праге он был сдан спецслужбам для дальнейших разборок. Свою задачу мы выполнили, как положено. Но ощущения от этого случая, конечно же, были очень неприятными и оправляться от этой ситуации нам пришлось дольше обычного. Уже потом обнаружилось, что у этого пьяного хулигана не было никаких взрывных устройств. Конкретно за этот случай экипажу и бортпроводникам было присвоено звание и знак “Отличник “Аэрофлота” за предотвращение теракта на борту воздушного судна.

Поэтому решения приходится принимать от самого простого к самому сложному в каждом полёте, к чему мы профессионально подготовлены и однозначно всегда готовы.

– Расскажите немного о Вашей семье. Тема Великой Отечественной войны что значит для Вас?

– Я родился в городе Ташкенте. Мама у меня была преподавателем русского языка и литературы. Отец был строителем. У отца много наград за восстановление города Ташкента после землетрясения в 1966 году. Он был главным инженером Управления “Мосремстроймонтаж”, которое как раз курировало восстановление столицы Узбекистана после трагедии. Он был очень хорошим специалистом. Спустя какое-то время его пригласили в Москву, предложили здесь работу.  Вот так я и оказался в Москве. У меня есть младшая сестра. 20 лет назад она вышла замуж и уехала в Мюнхен, где и проживает в настоящее время. Я женат, у меня семья. Имею дочь, 18 лет исполнится в этом году. Поступила в гуманитарный университет, на вечернее отделение, хочет работать и учиться.

Тема Великой Отечественной… Очень важная часть нашей истории нашей семьи… Дедушка Иван (отец моего отца) не дошёл до Берлина 30 километров. В бою потерял ногу, попал в госпиталь, после чего его комиссовали. Всю войну провоевал на передовой.

И вот всё моё детство прошло во дворе, о котором я уже говорил, у бабушки. Мне очень нравилось туда приезжать. Деду после войны выделили двухместную инвалидную машину. Когда он заводил её утром по выходным, соседи кричали: “Дядя Ваня! Заглуши ты эту тарахтелку! Дай поспать!”. А он в ответ гордо заявлял: “Мне государство выделило эту машину! Мне надо её содержать в исправности и порядке!” Затем мы с ним садились в неё и ехали на рыбалку. О тех днях у меня остались самые добрые и тёплые воспоминания. Кстати, позже, деду выделили другую новую машину – “Запорожец”, чему он так же был очень рад.

Мой дедушка и физически (не смотря на инвалидность) и морально был очень здоровым и крепким человеком. Единственным днём в году, когда он выпивал и плакал, был День Победы, 9 мая… Он сажал меня на шею, и мы с ним шли на площадь, на демонстрацию. Порой мы сидели на трибуне. После чего мы гуляли по городу и к обеду, уставшие, но довольные возвращались с прогулки и садились семьёй за стол. Я очень много чего почерпнул от своего деда.  До самой смерти у отца в комнате стоял его портрет.

Особое, огромное уважение я испытываю и к нашим ветеранам, и к великому Дню Победы.

– Ветеран – депутат Государственной Думы Российской Федерации? Какие приоритеты могут быть в такой коллаборации на первом месте?

– Ветераны разные бывают. Ветеран труда, ветеран Великой Отечественной войны, ветеран боевых действий. Для меня слово “ветеран” что-то такое тёплое и что-такое, чему можно доверять, – честное. Это тот, кому можно доверять. Вообще это очень удачное слово, очень ёмкое, которое вмещает всё лучшее, что может быть в человеке.

Что бы я поставил на первое место? Я бы всё поставил на ПЕРВОЕ место. Кроме депутата Государственной Думы. Вот “Депутат Государственной Думы” должно стоять на самом последнем месте. Потому что, если ты не офицер, если ты не порядочный человек, если ты не честен по отношению к своим избирателям, если ты не заботишься о них и у тебя нет в мыслях проявить себя с максимальной отдачей за проголосовавших за тебя – ты не можешь быть Депутатом Государственной Думы. Если у тебя нет этих качеств, то это так, не депутатство, это отбывание срока. Не более того. Поэтому, повторяю, всё на первом месте, а Депутат Государственной Думы – на последнем. Иначе ты не можешь им быть. Это моё мнение о приоритетах.

– Давайте сделаем небольшой крен в сторону здоровой критики. Есть ли, по Вашему мнению, недостатки в работе депутатского корпуса нынешнего уходящего созыва? Хватит ли Вам решимости при голосовании уходить от тех или иных консолидированных решений по голосованиям, если это будет противоречить Вашей совести, вашим жизненным принципам?

– Да, безусловно. Мне хватит решимости при голосовании уходить от тех или иных консолидированных решений по голосованиям, если это будет противоречить моей совести, моим жизненным принципам. Я вообще ничего не делаю, что противоречит моей совести, моим жизненным принципам. Это мой принцип. Естественно, за антинародные законы, ухудшающие жизнь народа я голосовать никогда не буду. Я считаю, что это малодушие, что это непорядочность по отношению к своим избирателям. Я считаю, что так должен поступать каждый депутат, представляющий интересы людей, доверивших ему свои голоса.

Я считаю, что нынешний уходящий депутатский корпус – самый позорный, который был за последние годы в нашем Парламенте.

Не зря же их прозвали “бешеный принтер”. Не знаю, как у них хватило совести, вот этого “патриотизма”, но напринимать столько законов, которые не просто мешают нам жить, а которые просто вредны для страны, ведут в никуда, ведут в изоляцию, ведут к деградации! Я считаю, что это просто преступление перед своими избирателями и перед своей страной. Это моё мнение. Я считаю, что следующему депутатскому корпусу предстоит пересмотреть очень много из того, что наворотили депутаты уходящего созыва.  Я уже не говорю о каких-то серьёзных вещах. Мелочей очень много. Но за эти годы я не могу вспомнить ни одного закона, который бы был во благо нашего народа и не обслуживал какие-то корпоративные интересы каких-то групп лиц. Это моё мнение об уходящем депутатском корпусе.

– Несколько слов в качестве пожеланий читателям “Ветеранских вестей”…

– Уважаемые ветераны! Мои слова будут относиться ко всем ветеранам – и к ветеранам Великой Отечественной войны, и к ветеранам боевых действий, и к ветеранам труда. Я хочу пожелать Вам, прежде всего, крепкого здоровья. Берегите себя. Ветеран уже сам по себе уязвимый человек, так как он прожил уже определённую жизнь и перенёс много в этой жизни.

Я сам являюсь ветераном труда с 2012 года. Все, кто честно заработал это звание, ветерана, так или иначе, люди активные, имеют активную жизненную позицию, имеют своё нравственное воспитание и свои правильные взгляды на нынешнюю не совсем справедливую жизнь. Поэтому я ещё хочу пожелать нам всем немного поактивней отстаивать свои права. Не надо мириться с несправедливостью.

Нас уже сложно чем-то запугать, чем-то притеснить, чем-то придавить. Мы уже все сформировавшиеся личности. Поэтому давайте поактивней будем отстаивать свои права, категорически перестанем мириться с несправедливостью и беспределом, которые существуют всё-таки в нашей стране и как-то участвовать в общественной жизни нашей страны, чтобы делать её лучше, сделать комфортнее нашу жизнь, чтобы, конечно, нам – и нынешним ветеранам, и будущим ветеранам – жилось полегче на пенсии, в старости, а не так, как сейчас живут ветераны и вынуждены сводить концы с концами.

Поэтому я Вам желаю неравнодушия, здоровья, чтобы близкие Вам люди Вас не огорчали и всех Вас радовали.  Всех Вам благ!

Справка “ВВ”

Андрей Александрович Литвинов родился в Ташкенте в 1963 г. В 1986 году окончил Высшее лётное училище гражданской авиации в Актюбинске. Работал в Брянске. В 1991 году переехал в Москву. Летал на самолетах ЯК-40, ТУ-154, Боинг-737. В настоящее время – пилот А-320. Опытный КВС, лётчик 1 класса, отличник “Аэрофлота”. Вся трудовая деятельность связана с авиакомпанией “Аэрофлот”. В юности увлекался музыкой (играл в составе группы).

Comments are closed.